Главная

О НАС    ПРАВОСЛАВНЫЕ НОВОСТИ РЕГИОНА     РЕЛИГИОЗНЫЕ НОВОСТИ

ГАЗЕТА "СПАС"    ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ    РАСПИСАНИЕ БОГОСЛУЖЕНИЙ

ЕПАРХИАЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ И ОТДЕЛЫ  
ДУХОВНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ  
КОММЕНТАРИИ К БИБЛИИ  
ПРАВОСЛАВНАЯ БИБЛИОТЕКА  
ФОТОЛЕТОПИСЬ  
ПОЧТОВАЯ РАССЫЛКА  
ХРАМЫ КАЛИНИНГРАДСКОЙ ЕПАРХИИ  
ОПРОСНИК  
КАРТА САЙТА  
АРХИВ НОВОСТЕЙ  
ВИДЕОАРХИВ  
СОЦИАЛЬНОЕ ПРОЕКТИРОВАНИЕ  

 
ПОИСК
ПО САЙТУ
 
 
РЕКОМЕНДУЕМ

Официальный сайт Русской Православной Церкви / Патриархия.ru

Православие.Ru

Фома-Центр / журнал Фома

Электронная библиотека


НАШ БАННЕР

 

ГАЗЕТА "СПАС"

 
   
 

 

№3 (72) март

ЦЕРКОВЬ И ОБЩЕСТВО 

 

Пробудить в ребенке жажду духовного поиска

 

 

Пролог

Сегодняшний наш собеседник Марина Евгеньевна Соколова возглавляет Учебно-методический центр духовно-нравственного образования им. С.А. Рачинского, расположенный в помещении калининградского Епархиального управления на ул. подполковника Иванникова. Вместе с методистом центра Юлией Александровной Матвеевой и в тесном сотрудничестве с коллегами из других образовательных учреждений они занимаются очень важным делом — методическим сопровождением предметов, связанных с духовно-нравственным образованием учащихся..

 

— Марина Евгеньевна, прежде чем начать разговор о вашем центре, хочется узнать, почему он назван в честь педагога, имя которого, согласитесь, не так хорошо знакомо широкой публике.

— Сергей Александрович Рачинский — человек уникальный. В свое время в середине XIX века он организовал первую в России народную школу. И его опыт оказался удивительно современным для нас сегодняшних. Достаточно привести одну его фразу: «Идеалы какого-либо общества нигде не выражаются так ярко и полно, как в его взглядах на воспитание».

— В начале беседы логично было бы узнать обо всей системе православного образования в нашей Калининградской епархии.

— При епархии существует отдел религиозного образования и катехизации, который возглавляет иерей Сергий Коротких. Изначально отдел занимался различными вопросами, в том числе опекал воскресные школы. Потом появились прогимназия «Пересвет», гимназия при храме Христа Спасителя, директором которой и стал о. Сергий.

Но вот со школами, детскими садами примерно до конца 1990-х годов работа велась, что называется, разовая. В основном это были кружки, факультативы по инициативе отдельных учителей и директоров школ. Тогда только начала формироваться и разрабатываться нормативная база для образовательных учреждений по обучению религиозной культуре. Инициатива пошла снизу, когда в школах возникло желание преподавать такие предметы. И, естественно, этот процесс нужно было как-то регламентировать.

Тогда появились воскресные школы, действующие непосредственно в учреждениях образования. То есть по выходным, в рамках кружка. Школа в данном случае вообще не несла никакой ответственности за процесс, который там происходил. Была и другая форма — кружки вне школьной программы. Они работали во 2-й, 8-й, 45-й школах, возможно, еще где-то — полной статистикой я не располагаю. Люди работали по своей инициативе, без учебников и методических пособий.

— Таким образом, возникла необходимость поддержать инициативу снизу…

— Тогда и было подписано соглашение между Смоленской и Калининградской епархией и Управлением образования области, создан Центр духовно-нравственного образования и воспитания при Институте повышения квалификации учителей (ныне Институт развития образования). Его возглавляла Валентина Николаевна Спицына, светлая ей память. Там были организованы курсы подготовки педагогов. А в 2003 году начался эксперимент по преподаванию в рамках регионального и школьного компонента предмета «Православная культура» по учебно-методическому комплекту Людмилы Леонидовны Шевченко. Тогда началась уже целенаправленная работа в сотрудничестве с вышеупомянутым отделом епархии. Эксперимент стал набирать обороты. Возрастало количество школ, где преподавали предмет «Православная культура».

— Знаю, что в области эта работа велась активнее, чем в городе.

— Было по-разному, но если говорить о системном подходе, то область выглядела лучше. Очень серьезно работа велась в Новостроевской средней школе, в Правдинске, Черняховский район замечательно работал, да и сейчас работает — там создано целое методическое объединение учителей.

— Что сейчас проводится в рамках вышеупомянутого регионального компонента?

— У нас преподаются «Православная культура», «Истоки» и еще четыре курса, разработанные нашими калининградскими авторами. Причем они интегрируются в другие школьные предметы. Это «Русская и художественная культура» в 7—8-х классах, «Живое слово» (литература) для 5—8-х классов, «Русские умельцы» (на уроках технологии) тоже для 5—6-х классов…

— Что такое уроки труда с православным уклоном?

— Это изучение традиционных народных промыслов, традиций гостеприимства (например, для девочек — в рамках домоводства), традиций русского костюма, трапезы — пасхальной, постной и т.д. Для мальчиков — изучение элементов декора русской избы. Здесь задача не просто ложки раскрашивать в стиле хохломской росписи. Главная воспитательная составляющая — не столько знания давать, сколько воспитывать правильное отношение к труду, любовь к народным традициям.

Еще преподаются «Основы отечественной исторической традиции». Предмет сопрягается с учебником истории для 5-го класса, когда история древнего мира рассматривается в контексте библейской истории. В 6-м классе планировалось сделать примерно то же с «Историей отечества». К сожалению, этот предмет не смог пойти массово, потому что в 6-х классах в обязательном порядке был введен в региональный компонент предмет «История западной России».

— А параллельно нельзя?

— Учебных часов не осталось. Но мы начали активно вести работу с детскими садами. Там также ведутся тесно связанные друг с другом «Истоки» и «Православная культура», разработанные для соответствующего возраста.

— То есть работы у вас достаточно.

— Да, поэтому и встал вопрос о создании такого центра, который занимался бы методическим сопровождением работы педагогов. Причем к нам могут обращаться не только учителя, но и воспитатели детского сада или учреждения интернатного типа, педагоги-психологи, да и любой заинтересованный человек. То есть занимаемся вопросами, связанными с духовно-нравственным образованием и воспитанием непосредственно в системе образования.

— Вы сами разрабатывали свои методики или они уже была разработаны на московском уровне, а вы только ее приспособили к местным условиям?

— На самом деле это процесс многофакторный. Когда мы начинали и выстраивали методики преподавания, то понимали специфику предмета. Ведь он не только дает какие-то определенные знания — это не главное, — а призван воспитывать.

— То есть направлен на то, чем образование и должно заниматься.

— Конечно. Здесь работают другие законы. Процесс усвоения знаний — это одно, процесс становления личности — совсем другое. Поэтому и методика должна отличатся.

Прямо скажем, Москва не очень-то много нам дала на первых порах становления. Некоторые московские педагоги, приезжая сюда, говорили, что методически в Калининграде все развивается даже быстрее. Может быть, это связано с тем, что здесь другое культурное пространство и дети у нас другие …

— Более умные?

— Они дальше от духовной культуры России. До недавнего времени вообще не видели церковных куполов. Я вспоминаю, как вологжане, приезжавшие обучать нас по программе «Истоки», говорили: у вас город-то совсем другой, куполов-то нету. И ведь действительно, когда стали проводить программу «Дети России», потом «Мы — россияне», дети приезжали очень удивленные увиденным в «большой» России.

— Раз уж мы коснулись этой темы, как вы считаете, насколько важны такие поездки и с какого возраста лучше это делать? Я неспроста задаю этот вопрос. Как-то я сам ездил с детьми по этой программе, и сложилось впечатление, что главное для подавляющего большинства детей — побывать в «Макдональдсе», которого у нас действительно нет. С удовольствием идут на дискотеки, в цирк, по большим столичным магазинам. Понять, что такое Россия, условно говоря, увидеть купола и осознать, что это значит… мне кажется, большинство детей это мало трогает. В крайнем случае до определенного возраста — 15—17 лет. То есть главная цель таких поездок не достигается. Хотя, конечно, бывают приятные исключения. Или, может быть, я слишком строг?

— Конечно, многое зависит от экскурсовода, от разработки маршрута, от учителей. Я уверена, что ребенка даже дошкольного возраста можно с пользой вывезти в «большую» Россию — если подготовить материал сообразно его возрасту и преподнести ему в такой форме, в какой он готов будет его принять.

Четыре года назад мой сын ездил по «Золотому кольцу». Их привезли в монастырь в Боголюбово, а пройти через луг к церкви Покрова на Нерли — шедевру древнерусского зодчества — не додумались. Хотя сами дети просили, но им сказали, что это не входит в программу экскурсии. А приехав в Суздаль, целый час ждали там экскурсовода. То есть многое еще зависит и от организации.

Мы слышали отклики от многих детей, начиная с десятилетнего возраста. Должна сказать, что у многих вполне осознанное впечатление. Может быть, не все запоминается, но остается главное — величие России. А в 10 лет как раз у ребенка еще меньше критики в мышлении, и его еще можно убедить в том, что величие России существует. В 16 лет, если он уже стоит на других позициях, переубедить гораздо сложнее.

Еще надо учесть, что не мы ведь разрабатываем эти экскурсии и, естественно, в них никто специально не вкладывает задачу воспитания в православном духе. Если бы мы разрабатывали, то сделали бы это чем-то вроде детского паломничества.

— Кстати, насколько, на ваш взгляд, полезны чисто детские паломнические поездки?

— Если говорить не о воскресных школах, где дети уже достаточно воцерковлены, то вновь обращусь к опыту вологжан — к социокультурному проекту «Истоки». Это ведь не только школьный предмет. Он включает комплексную работу с родителями, работу в системе дополнительного образования. Например, их программа «Северная Фиваида» предусматривает такие поездки. Они не называют их паломническими, так как их совершают дети, только начинающие приобщаться к родной православной культуре. Поэтому они носят миссионерский характер. То есть она еще не паломническая, но уже и не просто экскурсионная. Стараются «погрузить» детей туда, куда привозят. Не просто рассказывают об истории монастыря, архитектуре храма, о жизни святого, чьи мощи здесь покоятся, но проводят с детьми ряд обучающих моментов, чтобы пробудить у них мысли в этом направлении. Например, чем подвиг этого святого современен для нас сегодняшних, какие чувства возникли у ребенка здесь, в этом монастыре, и т.д. Имеется ряд педагогических приемов. Таким образом, эта поездка становится частью их жизненного опыта. То есть она ориентирована на то, чтобы ребенок здесь что-то пережил, что-то открыл и воспринял для себя как что-то родное.

— В вашем центре разрабатывается что-либо подобное?

— Конкретных разработок нет — на все нужны деньги, но есть планы поездок хотя бы по храмам области. Опыт есть. Например, когда еще работала в Балтийске, я к 23 февраля проводила экскурсию «Святые благоверные князья — защитники Отечества». Начиналось она со Свято-Георгиевского морского собора, где есть иконы князей, а сейчас и ковчежец с частицами мощей Феодора Ушакова. Потом посещение расположенного совсем рядом музея Балтийского флота, военно-морской базы, где корабли можно посмотреть воочию…

— Вернемся к главной теме нашего разговора…

— Если говорить о методике, не хотелось бы, чтобы сложилось такое впечатление, будто мы впереди планеты всей. Мы начинали этот путь, обращаясь к опыту разных педагогов. Анализировали и дореволюционный опыт, но увидели, что его очень трудно применить в современных условиях в нашей области, главным образом потому, что не только родители, но зачастую и бабушки не имеют никакого отношения к Церкви. Разбирали и современные образовательно-воспитательные методики. Смотрели, что можно использовать в том направлении, которое нам необходимо. Во многом нам помог опыт Людмилы Васильевны Суровой, известного московского православного педагога. А когда мы познакомились с командой «Истоков» — с Игорем Алексеевичем Кузьминым, Александром Васильевичем Камкиным и другими, — тогда родилась эта программа.

Мы стараемся подходить творчески, отделяя зерна от плевел, искать то, что нам нужно. Поэтому мы решили идти по пути интеграции двух предметов — «Православной культуры» и «Истоков». Дело в том, что в первом не хватало технологической стороны, то есть методики.

— Как можно технологически разложить процесс духовно-нравственного воспитания?

— Главное здесь то, что ребенок становится непосредственным активным участником процесса. Учитель не является единственным транслятором информации, которую тот просто усваивает. К тому же весь процесс воспитания отталкивается от социокультурного опыта ребенка, от того, что ему близко и понятно, и потом уже расширяется до социокультурного опыта народа. А опыт русского народа во многом сопряжен с православной культурой. Поэтому у нас получилась интересная связка, когда предмет «Православная культура» методически насыщали за счет «Истоков», а туда мы добавляли православное содержание, которого в некоторых темах не хватало.

Сейчас, имея в виду процесс образования как очень сложную систему, тем более в эпоху модернизации и новых стандартов образования, наша задача — не отстать от этой системы по современности наших уроков. На уроках «Православной культуры» мы также используем компьютер, диалоговые методики, кейс-технологии (т.е. анализ ситуации и нахождение выхода из нее).

— В каких классах преподают «Православную культуру»?

— Охвачены дети до 8-го класса, в единичных случаях и старше.

— Какие моменты в направлении модернизации образования вы бы отвергли как неподходящие? Есть ли такие, которые просто не подходят в воспитании и развитии личности в православном духе?

— Методика — это всего лишь инструмент. Например, компьютер. Как сказал о. Андрей Кураев, он не от Бога или дьявола, а от Билла Гейтса. То же касается и технологии. Многое можно направить как во вред, так и на пользу. Настораживает в современной системе образования не введение современных технологий, а формирование вполне определенной модели личности. Во главу угла ставится формирование таких качеств личности, как самореализация, стремление к внешнему успеху и конкурентоспособность. Очень трудно бывает объяснить учителю, когда он приносит к нам на конкурс свою программу, что место этих качеств в системе воспитания должно быть иным, так как в личности, априори стремящейся к успеху и самореализации, может не остаться места для таких качеств, как скромность, сострадание и жертвенность.

— Понятно, жизнь диктует свои суровые законы. И как вы находите выход из положения? Ведь, на мой взгляд, главная цель образования по православным предметам — переориентировать с материального фундамента на духовный, то есть на Евангелие.

— Тогда надо начинать не с системы образования, а с Конституции Российской Федерации, где написано, что у нас светское государство. И камень преткновения именно в этом. Школа — это государственное и светское учреждение. Другое дело, что не все правильно понимают термин «светский». Он не означает «атеистический» или «антирелигиозный», а лишь — если брать конкретно систему образования — «не обучающий духовной жизни». То есть образовательные учреждения выпускают людей по общим образовательным стандартам, дающим возможность поступить в любой вуз, а не готовят только будущих священнослужителей.

— А кто с этим спорит?

— Это понятно, но, к сожалению, всем по-разному. И мы на определенном этапе своего развития поняли, что нельзя идти по пути противодействия, нужно не просто искать компромиссы, при этом выполняя определенный социальный заказ общества. Мы стараемся объяснять разницу между предметом «Православная культура» и Законом Божиим. Один — культурологический, другой — вероучительный. На данный момент сформирован заказ общества на духовно-нравственное воспитание ребенка в школе. Это сейчас понимают все. Уровень нравственной воспитанности современных детей, мягко говоря, оставляет желать лучшего.

— Почему это произошло?

— Потому что во времена перестройки из школы просто изъяли воспитательную функцию. Было сказано: школа должна давать знания, а воспитание — удел семьи. Учителям очень трудно было на это настроиться, они ведь не умели не воспитывать, как бы они при этом ни относились к главенствовавшей в советское время коммунистической идеологии. А когда увидели, что стало происходить с образовательным процессом без воспитания, поняли, что вместе с водой из корытца выплеснули и ребенка. Была потеряна система организации воспитательной работы. А теперь ее трудно выстроить, потому что трудно определить, на каких позициях ее строить. Раньше была единая идеология — сейчас ее нет. Ценности различны. Вот и получаются сложности с основной концепцией воспитательной работы в системе образования.

— Наверное, прежде всего школа должна готовить не будущего инженера, офицера, банкира, юриста и т.п., а человека. Все остальное уже приложится с выбором дальнейшего жизненного пути.

— Совершенно верно — воспитывать нужно именно человека. Но опять же, на каких ценностях, что должно быть ядром этой воспитательной системы в школе? Сейчас есть разные направления этой работы, но нет стройной системы. От школы требуют патриотического, гражданского, экологического, спортивного воспитания, здоровьесбережения. И все это рядышком и разрывает на части и учителей, и учеников.

— На ваш взгляд, при сегодняшнем положении вещей что можно сделать, чтобы правильно выстроить систему воспитания? Что должно быть на первом месте?

— В нашем представлении в центре этой системы должен стоять Христос. Он должен стать смыслом жизни каждого человека: «Я есть Путь, Истина и Жизнь». Понятно, что в наше время в светском образовании это невозможно. А что возможно? В какой мере этот принцип можно реализовать в светском воспитании? Прежде всего, переориентировать вектор личностного развития ребенка из горизонтальной плоскости в вертикальную. Нацелить его на то, что человек не может жить только земными мерками, что уже в школе необходимо искать смысл жизни. То есть пробудить в нем заложенную Богом жажду духовного поиска. При этом не нацеливая конкретно на ту или иную религию, а только знакомя, показывая, открывая, но давая возможность выбора. Это самое главное.

— А если он увидел смысл в чем-нибудь нехорошем? Сейчас не только в школе они знания получают. Насмотрится телевизора, видео или в Интернете полазит и решит: буду сатанистом. Я думаю поэтому, что надо более конкретно нацеливать на поиск смысла жизни — в духе православия. Не зря ведь Достоевский говорил: русский без Православия — дрянь человек. А в нашей области ведь подавляющее большинство по национальности русские — с глубокими православными корнями. Разве это невозможно? Я, может быть, привел резкий пример с сатанизмом. Но почему мне хочется, чтобы ребенка подвигали к истинным ценностям — ведь есть немало замаскированных опасностей. Взять тот же оккультизм, например, где используется много христианской символики. И это тоже очень доступно.

— В рамках регионального компонента мы, в общем-то, и занимаемся тем, что уже с начальной школы стараемся погружать ребенка в среду православной культуры. Для кого-то родной, для кого-то российской, если приехали откуда-то из-за рубежа. Тут нужно понять одну важную вещь: предметы «Истоки», «Православная культура» и другие, составляющие региональный компонент, — это не просто знакомство с православным храмом, иконами, христианской литературой, это изучение системы ценностей Православия и выстраивание отношений на основе этих ценностей. Это уже начинает ориентировать личность ребенка в правильном направлении. Поэтому и федеральный эксперимент, который нас ожидает с четвертой четверти нынешнего учебного года, начинается не с 10-го класса, когда подросток уже вполне может заинтересоваться сатанизмом, оккультизмом и т.п., а с 4-го, то есть гораздо раньше.

Но тут я хочу сказать еще вот о чем. Когда я преподавала «Православную культуру», у меня в классе было несколько детей из мусульманских семей. Их родители рассуждали так: в своей вере я ребенка воспитаю дома, а поскольку мы живем в России, то ребенок должен знать культуру той страны, в которой живет.

— Это грамотный подход.

— Безусловно. Но когда у нас большое количество таких людей, приехавших не из российских областей, то почему бы не дать возможность и в школе изучать их родную религию?

— Слышал, недавно у вас была интересная полемика с воспитателями и методистами детских садов на тему, нужно ли уже там начинать духовно нравственное воспитание на основе родной культуры.

— Некоторые педагоги считают, что ребенок детсадовского возраста еще не имеет нравственного самосознания, оно еще находится в состоянии формирования. Не случайно ведь и на исповедь допускают с семи лет. Оппоненты пытались убедить нас в том, что в этом возрасте может произойти насаждение религиозных истин, когда ребенок их еще не способен адекватно воспринимать, то есть это выбор неосознанный. Не нарушаются ли в данном случае права ребенка? Можно привести простой пример: давайте не будем учить его родному языку, потому что в мире много интересных языков, он вырастет и сам выберет — может, ему японские иероглифы больше понравятся, чем кириллица? Кого мы получим, если пойдем по такому пути? Мы получим дебила, потому что интеллект без речи не разовьется. Точно так же и здесь. Мы должны понимать, что культура не внешняя оболочка, это внутренняя жизнь человека. И ребенка надо начинать этим наполнять как можно раньше. Грамотные психологи утверждают, что воспитание на основе корней родной культуры — это не вопрос вкуса или этики, это залог психического здоровья.

— Удалось убедить в этом ваших оппонентов?

— В принципе да. С поправкой на то, что здесь должны быть очень грамотные методы преподавания. Для каждого возраста своя норма. Образно говоря, так же, как и грудного ребенка нельзя кормить твердой пищей — он ее не переварит.

— В каких детсадах наиболее активно идет преподавание и куда при желании можно обратиться?

— Очень хорошо идет работа в детсадах № 20, 27, 50, 95, 122, в Светлогорске также хорошо поставлена такая работа.

 

Дмитрий Осипов

Любовь к Богу ведет за собой веру в Бога.

 

о. Александр Ельчанинов

 

НАШ ОПРОС

Если бы Господь пришел в мир сегодня, о чем бы вы Его спросили?

7%
[196]

4%
[113]

71%
[1800]

16%
[402]

Всего проголосовало:
2511 человек

Почему существует зло?
Когда наступит Конец Света?
Мне не о чем особенно спрашивать. Важнее попросить о прощении своих грехов
Как же выполнить все то, что Он нам заповедал?

ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ
Задать вопрос

 

КАЛЕНДАРЬ
церковный православный
и памятных дат
 
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
             
             
             
             
             
             

 

ФОТОЛЕТОПИСЬ

Фото 6

 

ХРАМЫ ЕПАРХИИ
интерактивная карта
 

главная  |  о нас  |  православные новости региона  |  газета "спас"  |  вопросы и ответы

духовные размышления  |  комментарии к библии  |  православная библиотека  |  фотолетопись  |  радиопрограмма "спас"

почтовая рассылка  |  храмы калининградской епархии  |  епархиальное управление и отделы  |  архив новостей  |  образовательный мультисловарь

Видеоархив  |  Социальное проектирование

Rambler's Top100

E-mail: ubrus@inbox.ru

© 2005-2029 www.ubrus.org

При любом использовании материалов и новостей данного сайта, гиперссылка (hyperlink) на www.ubrus.org обязательна.