ГАЗЕТА "СПАС"   <Все> Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь   2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018 2019 2020     №12 (45) декабрь

ИНТЕРЕСНЫЙ РАЗГОВОР 

НРАВСТВЕННОСТЬ — СВОБОДА В ДЕЙСТВИИ

Любая система образования призвана направлять свои усилия, в частности, на воспроизводство нравственных идеалов, связанных с духовной, исторической и культурной традицией. Особое место в этом занимает память о героических подвигах наших моряков в годы Великой Отечественной войны. Об этом наш корреспондент беседует с Виктором Степановичем Гемановым, членом-корреспондентом Российской академии военно-исторических наук, членом Союза российских писателей, профессором Международной славянской академии, бывшим моряком-подводником, преподавателем отечественной истории в Балтийской государственной академии рыбопромыслового флота (БГА), автором книг о Герое Советского Союза, "подводнике номер один" Александре Маринеско.

(Окончание. Начало в № 11 (44) ноябрь 2007 г.)

— Виктор Степанович, почему Маринеско называли "подводником номер один"?

— Еще его называли личным врагом Гитлера, врагом Рейха номер один. А вот этот факт настолько меня поразил, что заставил серьезно заняться изучением событий тех дней января 1945 года, и вот уже 50 лет я изучаю историю лодки "С-13".
В начале 60-х годов в одной из брошюр я прочитал такие строки: "30 января 1945 года в Данцигской бухте подводной лодкой "С-13" под командованием капитана 3 ранга А.И. Маринеско торпедирован крупнейший лайнер фашистской Германии "Вильгельм Густлоф". В Германии объявлен трехдневный национальный траур". Вы знаете, что такое национальный траур? Это значит, приспущены государственные флаги, звонят колокола церквей, закрыты все театры, кинотеатры, рестораны и прочие места развлечений, население носит на рукаве траурные повязки. И так три дня и три ночи!

— До этого, кажется, только однажды Гитлер объявлял такой траур?

— В феврале 1943 года, когда под Сталинградом была наголову разгромлена хваленая 6-я армия генерала-фельдмаршала Паулюса. Что-то мне не поверилось тогда в равноценность траурных почестей по поводу 330 тысяч жизней солдат, офицеров, с одной стороны, и лайнера, пусть и крупнейшего, — с другой. Стало совершенно очевидно, что в брошюре сообщалось не все. Как оказалось, за этим событием было множество тайн.

— Каких тайн?

— Значение этого судна для Германии — раз (символ непотопляемости и непобедимой мощи Германии), уникальность пассажиров лайнера — два (3700 моряков-подводников, экипажи 70 подводных лодок, представители высшего немецкого командования, высокопоставленные чиновники из бывших оккупированных областей, гауляйтеры, эсэсовцы-каратели и пр.), влияние этого события на ход Второй мировой войны — три (крушение надежд Гитлера на тотальную подводную войну), официальное замалчивание в СССР роли А.И. Маринеско — четыре. Ведь только при Горбачеве, 5 мая 1990 года, и только под давлением общественности, и только благодаря тому, что Маринеско был настоящий народный герой, ему было присвоено звание Героя Советского Союза…
Действия экипажа лодки названы сегодня всеми военными специалистами и историками "атакой века". Не говоря уже о том, что в мировой истории мореплавания это была, как писал в своей книге Гейнц Шен, пассажирский помощник капитана "Вильгельма Густлофа", самая крупная, сенсационная катастрофа: из 10 572 человек спаслись только 908. Гибель "Титаника" не идет ни в какое сравнение — это 1513 человек. До сих пор это событие изучают историки, журналисты, писатели всего мира, и конца работе не видно.

— Не все жители Калининграда знают, что на берегу Нижнего озера, у Историко-художественного музея, в 2001 году был установлен памятник герою, а набережная вдоль озера названа его именем. Виктор Степанович, почему в СССР столько лет так упорно замалчивали подвиг Маринеско?

— Помните, в предыдущей нашей беседе (№ 11 (44) ноябрь 2007 г. — Ред.) мы говорили о гордыне, главном пороке? Вот и здесь случилось то же самое: конкретные люди не в интересах дела, а во имя защиты "чести мундира", запятнанного бесчестными и бессовестными чиновниками, порочили имя Александра Ивановича, обливали его грязью, буквально вели борьбу с национальным героем, развенчивали славу подводников. Настоящий парадокс!
Все началось с 1937 года, когда возник странный вопрос (что за странная фамилия такая?), потом этим людям не понравился его характер (слишком уж прям, непокладист, слишком рьяно защищает свое достоинство), возникла зависть к его успехам по службе (закончил всего лишь училище и ускоренные курсы при академии). Завидовали те, кто закончил полные курсы училищ и военно-морские академии, но сидел в штабах и не участвовал в боевых действиях, а успехи Маринеско называли "везением". И вот уже — каждое лыко в строку! Предвзятое отношение приобрело характер официальный.

— Вы назвали Александра Ивановича народным героем. Что это значит?

— Еще в 1961 году в ЦК КПСС было отправлено письмо, в котором были такие строки: "…боевые успехи "С-13" под командованием А.И. Маринеско не имеют себе равных на флоте". Письмо это, в нарушение существующих параграфов, требований и запретов, подписали 20 адмиралов и генералов, шесть Героев Советского Союза, 45 командиров и комиссаров подводных лодок, а всего более 200 человек! Однако с заслуженными людьми не посчитались.
В Калининграде в 1989 году было создано первое добровольное общество "Комитет Маринеско", преследовавшее цель рассказать о славных боевых традициях подводников и бороться за достойную оценку вклада Александра Ивановича и его экипажа в Великую Победу.

— Вы, кажется, 13 лет бессменно его возглавляли?

— Так случилось… И сколько таких комитетов еще появилось по стране — в Одессе, Мариуполе, Ленинграде… В газеты, на радио, телевидение хлынули потоки писем, телеграмм, радиограмм со всех концов страны. Помню, были такие строки: "…кажется, это единственный случай, когда сам народ представляет к такому званию настойчиво и упорно вот уже десятки лет. Почему же при царе сочли возможным по народным требованиям воздвигнуть в Севастополе памятник Александру Ивановичу Казарскому с прекрасными словами "Потомству в пример"? А мы ярчайшую победу А.И. Маринеско и его экипажа начали взвешивать на обывательских весах?!" Люди удивлялись "завидному" рвению чиновников доказать нежелательность факта морской военной славы Родины.

— Как Александр Иванович относился к такой ситуации?

— Его ломали не только душевно, но и физически: в конце 40-х по "липовому" обвинению Маринеско получил три года лишения свободы; мог отбыть срок в Ленинграде, но его убрали подальше, с глаз долой — аж на Дальний Восток, в рыбацкий Ванино. Обострение его болезней вылилось в рак горла и пищевода, 50-летний мужчина весил 40 килограммов, ходить он уже не мог, жена в детской коляске возила его на прогулку. Александр Иванович мужественно переносил все эти тяжкие испытания, являя собой яркий пример стойкости духа и благородства души, которые во все времена были присущи русским офицерам. 25 ноября 1963 года его не стало.
Вслушайтесь, сколько энергии и гордости за свое дело в его словах, сказанных незадолго до смерти: "Когда я слышу разговоры о моей везучести, меня они не сердят, а смешат. Я не Суворов, хотя тоже мог бы ответить по-суворовски: раз повезло, два повезло, положите же что-нибудь и на умение… Я знаю, какие потери несла во время войны наша авиация, но потери подводников не меньше: вспомните, что из всех "эсок" на Балтике дожила до Победы только одна — наша, "тринадцатая"".

— Виктор Степанович, почти всю жизнь Вы изучали историю "С-13" и членов ее экипажа, Вы автор первой русской книги о лодке, и она хранится в Британском музее. Почему Вы посвятили этому жизнь и чем для Вас была личность Александра Ивановича Маринеско?

— Я увидел, как много схожего было в биографии Маринеско и моей: служба на флоте, столкновение с командованием, непонимание, отстаивание интересов членов экипажа. Не своих интересов, конечно. Мне бы и в голову не пришло ходить и просить за себя. Но прежде всего меня поразила человечность Александра Ивановича.
Он к каждому моряку, независимо от того, юнга ли он, командир боевой части, старшина, относился по-человечески. Если надо, то и жестко, не спускал проступки — устраивал разнос, но потом спрашивал: "Ты понял? Ну все, работай". Он не был "бурбоном", чиновником, его называли "батей".

— И даже при таком морском законе экипаж Маринеско как-то особо отличался на Балтике?

— В том-то и дело, что слаженность экипажа Маринеско, как ни покажется это парадоксом, была "острым ножом" для начальства. Кого ему ни пришлют на лодку — и пьяницу, и разгильдяя, — глядишь, через некоторое время нормальный член коллектива.

— Вы в своих книгах часто рассказываете, что члены его экипажа постоянно придумывали и внедряли какие-то новшества: то погружение лодки установили за 19,5 секунды, а рекорд для "малюток" был 30,5, то в боевых условиях (не на заводе!) починили приборы… Что происходило с людьми на его лодке?

— Все очевидно: люди начинали мыслить. Это был думающий командир — и люди начинали думать. Настоящий лидер. Уникальная сила духа плюс дисциплина, организованность. Обо всем этом я и рассказываю своим курсантам. Маринеско понимал: совершенных людей нет, но они могут измениться, и он помогал им в этом.

— Слышат ли Вас курсанты?

— Надеюсь. Вначале, возможно, с трудом. Но Вы бы видели, как они меняются после второго курса, когда возвращаются из плавания на "Крузенштерне"! Приходят некоторые ко мне и признаются, что начинают понимать, что такое "осознанная необходимость", плечо друга и личная ответственность. Это, оказывается, и есть настоящая свобода.

Беседовала Людмила Козельцева